Электронная библиотека

с изгибами берега.

Справа все время поднимался нагорный берег, то

покрытый сплошь снегом, то с хвойным лесом.

Тихо было на реке. Изредка попадались деревенские

пошевни с мужиком в овчине и шапке с ушами или

целый обоз. Кое-где у берега зимовала расшива или

пароход.

Воздух был прозрачный, с порядочным морозом.

От пристяжных шел пар. Они подпрыгивали в своих

веревочных постромках с подвязанными в виде жгутов

хвостами.

Ехал он с побывки, после двух недель безмятежного

житья при матери, в их домике, на самой набережной. Она

была сильно обрадована его внезапным

приездом; только потужила немножко, что ее Ваня не

встретил с ней Нового года.

Но она сейчас же стала особенно взглядывать на

него. Должно быть, и в самом деле вид у него был

нехороший. Она думала даже, что он долго лежал

больной и скрыл это от нее.

О том, что он больше не жених Нади, он ей в первые дни

не говорил. Но не выдержал, да и нельзя же

было не предупредить ее.

Не обвиняя ни в чем Надю, он взял все на себя,

напирая на то, что они настолько разошлись во всем,

что брак в этих условиях немыслим.

стр.601

Мать его уже знала от отца Нади, что она желает

посвятить себя сцене, и призналась ему, что это ее

стало тревожить.

- Разве можно связывать свою судьбу... с

актрисой? - сказала она ему в первый же их разговор об

этом.

Но она не верила тому, что он - по доброй воле отказался

от невесты. Не таков ее Ваня!

Спросила она его - как же быть с отцом Нади,

пойдет ли к нему объясниться?

- Если он пожелает - пойду, - ответил он. А первый

не буду являться. Надя ему сама напишет

или уже написала.

Они с ним так и не видались.

И все эти две с лишком недели он ни у кого из

местных обывателей не был в гостях, а только бродил,

и днем и под вечер, по набережной, уходя далеко на

реку, толкался в народе в дни базаров.

Студенческой формы он не носил, а ходил в полушубке.

Сколько раз припомнились ему сердитые речи его

однокурсника Шибаева.

Никогда еще до сих пор не чувствовал он того, как

гимназия и университет удалили его от жизни, вот от

всего этого местного люда, всего края. Очень уж он

ушел в книги, в чисто мозговые интересы, чересчур

превозносил интеллигенцию.

Разве Шибаев не прав? Останься он - полтора года - с

полным "волчьим паспортом", он был бы вышиблен из

своих "пазов", превратился бы в умственного пролетария,

ненужного неудачника, читавшего книжки, с десятком

отметок по переходным экзаменам, с головой, набитой

теориями, рядами фактов и цифр, ничего общего с

жизнью народа не имеющих.

И в первый же раз пришла ему мысль, что было

бы лучше, если б его тогда выслали из Москвы, без

надежды на возможность нового поступления в

студенты.

Теперь он уже к чему-нибудь да примостился бы,

если б тогда перестал мечтать о государственном экзамене,

другими словами, о каком-то китайском "мандаринате", об

особом клейме, какое налагается на

тебя, чтобы ты имел скорейший ход в добывании

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки