Электронная библиотека

ко всему, ко всему!..

Элиодор - только первая ступень его испытаний,

первая "зацепка", как назвал Щелоков в том разговоре, где

он - и как раскольник, и вообще - был безусловно прав.

Не узы брака страшны сами по себе, а та пропасть,

которая разверзнется между повенчанными, если пойти

под венец, как идут в почтовую контору - получать

посылки, с расчетом на возможность разъезда или

формального развода.

Рассказывая ему в игривом тоне о завтраке у Элиодора,

Надя все давала ему понять, что ведет свою

линию и нисколько не увлекается Пятовым; но нимало

не прочь от того, чтобы он ею все сильнее увлекался.

Он не выдержал и крикнул ей:

- Этак только куртизанки ведут себя!

Она не огорчилась, не заплакала, не стала оправдываться,

а сказала только:

- Ничего ты не понимаешь!

А потом прибавила:

- Право, ты, Ваня, не стоишь даже того - как

я о тебе говорила с Элиодором, когда он стал слегка

прохаживаться на твой счет и предостерегать меня

насчет нашего будущего брака.

В каких-нибудь два в половиной месяца у нее уже

все свойства "жриц искусства", для которых все и вся

должны служить средством подниматься выше и выше, до

полного апофеоза.

Что ему было делать? Запретить ей иметь такие

tete-a-tete'ы с Элиодором? Она не послушает. Да и с какого

права?

Ведь у нее теперь свои дела с Элиодором. Она ему

переводит и носит работу на дом - вот и все. Эта

работа - только один предлог. Она и сама это прекрасно

сознает; но тем лучше. Это в руках ее - лишний козырь.

Элиодор ей платит за труд; она - честная

работница. А играя с ним, полегоньку может довести

его и до "зеленого змия". Она его не боится - это

верно; но если так пойдет, то она может привести его

к возложению на себя венца "от камени честна".

И тогда как же ему - Заплатину, бедняку, без положения -

соперничать с его степенством, Элиодором

стр.582

Кузьмичом Пятовым, на которого работает несколько

тысяч прядильщиков, присучальщиков и ткачей?

Все это он целыми днями перебирал, отбивался от

работы, даже перед своим "давальцем" - все тем же

Элиодором - окажется неисправным работником.

И к товарищам его не тянет - отвести душу в каком-

нибудь горячем споре.

Не хочет он лгать перед самим собою: его чувство

к университету и студенчеству, к своим однокурсникам -

не прежнее. Он боится даже его разбирать.

Перед закрытием лекций он испытал нечто крайне

тяжелое.

Не личное столкновение, а кое-что гораздо более

общее, показавшее ему, что за народ водится и среди

его однокурсников, из тех, с которыми пришлось ему

кончать курс.

Дело было так. Предложена была тема для реферата -

предмет интересный, но требующий большой

подготовки. Вызвался - раньше других - студент,

которого он увидал тут едва ли не в первый раз или не

замечал прежде.

По типу лица и по акценту - из инородцев, и скорее

всего еврей. Так оно и оказалось.

И тут же, когда они расходились, едва ли не в

присутствии этого студента, в одной группе

"националистов" поднялось зубоскальство насчет

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки