Электронная библиотека

вызовет какую-нибудь эпидемию.

- Сыпной тиф уже есть... и скарлатина!..

- Чему же ты рад? У тебя дети есть, а ты хочешь!.. Это, брат, бог знает,

что за...

Вадим Петрович хотел кинуть слово "идиотство", но удержался, да и в правое

колено ужасно сильно кольнуло. Он застонал и прилег на постель.

- За доктором пошли, если приспичило.

Лебедянцев опять заходил по комнате, скрипел сапогами и перебирал то

правым, то левым плечом, с покачиванием головы.

Стягину захотелось крикнуть ему: "Да убирайся ты от меня!" - но он только

продолжал тихо стонать.

- Мнителен ты непомерно... Избаловался там у себя, в Париже...

- Замолчи, пожалуйста! - перебил Стягин приятеля и порывисто позвонил.

Показалось бритое лицо Левонтия.

- Что прикажете, батюшка? Капитон-то отлучился на минутку... Чаю прикажете

заварить?

- В аптеку надо послать, - простонал Стягин и добавил в сторону

Лебедянцева: - Compresse echauffante - всего лучше...

Левонтий приблизился к дивану и заботливо спросил:

- Ножки нешто схватило вдруг?

- Ножки!.. Ха-ха! - прыснул Лебедянцев.

- Колотье, батюшка? - продолжал спрашивать Левонтий. - Так первым делом

в баньку и нашатырным спиртцем...

- В баньку! - опять прыснул Лебедянцев.

Приятель делался просто невыносимым. Вадим Петрович с усилием приподнялся и

выговорил:

- Послушай, Лебедянцев! Вместо того, чтобы глупости говорить, ты бы лучше

съездил за доктором... Есть у тебя знакомый - не мерзавец и не дубина?

- Есть. В большом теперь ходу.

Лебедянцев сказал это посерьезнее, но тотчас же прежним тоном добавил:

- А Левонтий Наумыч дело говорит: в баньку!.. Чего тут лечиться!

- Поезжай, я тебя прошу.

- Изволь, изволь!.. Вот приспичило! Я хотел толком расспросить тебя...

- После, после! Заверни, когда освободишься... Ты на службе?

- На вольнонаемной.

- Ну, и прекрасно!

Говорить Стягину было тяжело. Он с трудом пожал руку приятеля и сейчас же

схватился за правое колено.

Левонтий проводил Лебедянцева в переднюю и вернулся к барину.

- Разделись бы, батюшка, - шамкал он. - Позвольте я, чем ни то, ножки-то

разотру... Капитошу и в аптеку спосылаем. Мыльного спиртцу бы, коли нашатыря

нежелательно...

Старик довольно ловко начал Вадима Петровича раздевать.

Его услуги и старческий разговор были гораздо приятнее Стягину, чем

присутствие Лебедянцева с прыскающим смехом, резкостями и всем московским

прибауточным тоном приятеля.

Капитона послали в аптеку за камфарным спиртом и клеенкой, - так приказал

сам Стягин, - а Левонтий смастерил из полотенца и носового платка холодную

припарку к правому колену. Он же заварил и подал чай.

Боль не проходила, но Стягин старался лежать спокойнее. Во всем теле

чувствовал он жар и зуд; голова болела на какой-то особенный, ему непонятный

манер. Он даже не допил поданного стакана чая.

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки