Электронная библиотека

не давать повода к лишним разговорам.

Да и не это одно. Зачем сразу повторять супружескую

жизнь... "перины, подушки", - как он выражался

в этих случаях.

Так он думал вчера, когда они улаживали свое

дачное житье, а теперь его полудремота переходила от

ощущений утра к чувству тихого довольства и ласки,

обращенной на подругу.

Перестал играть пастух. Протянулось несколько

минут. Из-за реки долетело блеянье. Где-то калитка

скрипнула на ржавых петлях. Дергач задергал в низине. И

еле-еле схватывало ухо звуковое трепетание жаворонка.

Рубиновый отсвет пропал. Мягкий сноп света залил

комнату.

- Нечего валяться! - выговорил вслух Теркин

и сбросил с себя пикейное одеяло.

Все внизу спало глубоким сном: Серафима, горничная,

кухарка, даже кухонный мужик, взятый из местных

крестьян.

стр.148

Теркин наскоро умылся и, накинув на себя пальто

прямо поверх рубашки и в туфлях, спустился на

цыпочках по узкой лесенке, которая вела на заднее

крыльцо.

Емко втянул он в себя воздух на холодке зардевшегося

утра.

Особенной свежестью росы еще отзывался этот

воздух. Ночи стали уже холодные, и вниз по лощине,

куда Теркин повернул по дороге в овражек, белая

пелена покрывала озимые всходы. И по деревьям овражка

ползли разрывчатые куски жидкого тумана.

Как ему жаль было ружья и собаки! Они остались

там, на Волге, в посаде, где у него постоянная квартира,

поблизости пароходной верфи. Там же и все

остальное добро. На "Сильвестре" погибла часть платья,

туалетные вещи, разные бумаги. Но все-таки у него было

такое чувство, точно он начинает жить сызнова, по выходе

из школы, с самым легким багажом без кола, без двора.

Да "кола и двора" у него и до сих пор как следует

нет. Из крестьянского общества он давно уволился.

Домишко Ивана Прокофьича после смерти старухи

отдал в аренду, потом продал.

А захотелось ему в эту минуту, когда он спускался

к овражку, владеть землей, да не здесь, а на Волге,

с усадьбой на горе, с парком, чтобы в лесу была не

одна сотня десятин, и рыбная ловля, и пчельник, и

заливные луга, свой конский завод.

И вспомнилось ему, как он еще мальчуганом гостил с

отцом в промысловом селе "Заводное", вверх по

Волге в соседней губернии, на луговом берегу, и как он

забирался на колокольню одной из двух церквей и по

целым часам глядел на барскую усадьбу с парком,

который спускался вниз к самой реке. Все внутри его

пылало жаждой обладать таким угодьем, сделаться

богатеем и купить у господ всю их "дачу" вместе

с дремучими лесами. Он не знал этих господ, а не

любил их. И тогда в доме уже никто не жил. Цветник

и парк стояли в забросе. У него сердце болело за все

это приволье.

И вот теперь перед ним открывается даль

владельческого обладания. Через два-три дня он поедет

в Нижний вносить за "Батрака" двадцать тысяч и спускать

пароход на воду, делать свой первый рейс вверх

по Волге. Он проедет мимо того села Кладенца, где

стр.149

его секли, и мимо той усадьбы, где строевые леса стоят

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки