Электронная библиотека

руку.

В Кремле пробыли они больше часа, осмотрели

соборы, походили и по Грановитой палате; во дворец

их не пустили.

В двенадцатом часу возвращались они пешком по

главной аллее Кремлевского сада. Им обоим хотелось

есть. Кремль оставил в них ощущение чего-то крупного,

такого, что не нуждается ни в похвалах, ни в обсуждении.

Вся внутренность Успенского собора стояла еще

у Серафимы перед глазами: громадный, уходящий

вверх иконостас, колонны, тусклый блеск позолоты,

куда ни кинешь взгляд, что-то "индийское", определила

она, когда вышла на площадь к Красному крыльцу.

Грановитая палата ее немного утомила и не прибавила

ничего нового к тому, с чем она выходила из Успенского

собора.

- Так мы "под машину"? - спросил ее Теркин.

Они уже миновали темный проход под мостом,

ведущий от Троицких ворог к башне "Кутафье",

направляясь к Тестову.

Он прижимал локтем ее руку и заглядывал ей под

шляпу, такую же темную, с большими полями, как

и та, что погибла со всем остальным добром на пароходе

"Сильвестр".

У него на душе осталось от Кремля усиленное

чувство того, что он "русак". Оно всегда сидело у него

в глубине, а тут всплыло так же сильно, как и от

картин Поволжья. Никогда не жилось ему так смело,

как в это утро. Под рукой его билось сердце женщины,

отдавшей ему красоту, молодость, честь, всю

будущность. И не смущало его то, что он среди бела

дня идет об руку с беглой мужней женой. Кто бы ни

встретился с ними, он не побоится ни за себя, ни за

беглянку.

стр.142

Вот сейчас будут они сидеть в трактире, в общей

зале, слушать "машину", есть расстегаи на миру: смотри,

кто хочет.

- Под машину! - задорно повторила Серафима

и остановила его перед большими воротами. - Погляди,

Вася, какая эта Москва характерная! Прелесть!

И так им обоим сделалось молодо, что они готовы были

пуститься назад по липовой аллее в горелки.

Снизу от экзерциргауза грузно скакал с форейтером

зеленый вагон конки, грохотал и звенел, так же задорно и

ухарски, как и они оба чувствовали себя в ту

минуту.

- А позавтракаем, - подхватил Теркин, - сейчас

сядем на конку и в Сокольники. Видишь, вон станция.

Завтрак их "под машиной" затянулся до третьего

часа. Было все так же жарко, когда они, пройдя подъезд,

остановились у станции поджидать вагона к Сухаревке и

дальше до Сокольников.

На Теркине был светлый пиджак нараспашку.

В правом боковом кармане лежал бумажник с несколькими

нужными письмами, одной распиской, книжкой

пароходных рейсов его "Товарищества" и рублей до

четырехсот деньгами.

Еще у Тестова Серафима заметила ему:

- Вася, смотри, как у тебя бумажник отдулся.

- Ничего! - небрежно заметил он. - Я еще не помню,

чтобы меня обокрали. А я ли не езжал!..

Подполз вагон снизу. Дожидалось несколько человек.

Только что Теркин вошел в вагон и Серафима за

ним следом, как их спереди и сзади стеснили в узком

проходе вагона: спереди напирал приземистый мужчина в

чуйке и картузе, вроде лавочника; сзади оттеснили

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки