Электронная библиотека

кожей. А тут? Пузырь какой-то, золотушный помещичий

выродок. Захотел дворянку приобрести вместе

с усадьбой, продал себя своему чванству; а поди,

воображает, что он облагодетельствовал всю семью и

осчастливил блудливую девчонку законным браком!

Все это казалось ей так низко и пошло. А между

тем она не могла оторваться от всего этого, и если б

Первач знал подробности того, как Теркин сближался

с "сусликом", она бы расспрашивала его целый день...

Но он ничего не знал или почти что ничего.

- Помолвка была ли? - спросила она, не дожидаясь

ответа на свои бесцеремонные слова насчет "коляски",

поданной ему барышней.

- Не знаю-с! - выговорил чопорнее Первач. - Да

и нимало не интересуюсь.

И этому "лодырю", - она так уже про себя называла его,

- хотелось ей показать, что он такой же

пошляк и плут, как и все вообще мужчины. Но он

стр.468

сейчас понял и не хвастал. Девчонка амурилась с ним

перед самым приездом Теркина в Заводное. Чего бы

лучше преподнести Василию Ивановичу сюрпризец

в виде письма и прописать в нем, какое сокровище он

обрел, с лодырем землемеришкой? Точно горничная

в саду амурилась, - так, здорово живешь! Вот так

идеал! Вот так желанная пристань, куда он причалил!

В груди у нее стянуло точно судорогой. Она уже

писала в воображении это письмо, и яд лился у нее

с пера. О! она сумеет показать, что и ее недаром

выпустили с золотой медалью. Не чета она тупоголовой и

мучнистой девчонке из губернского института...

Внезапная мысль брызнула на нее холодной струей.

Та могла ведь и сама повиниться ему, когда он попросил ее

руки; поди, разрюмились оба, и он, что твой

раскольничий начетчик, дал ей отпущение в грехах, всё

простил и себя в собственных глазах возвеличил.

Да если б и этого не было - не хочет она рук

марать. Писать без подписи, измененным почерком -

подло! А от своего имени - только большего срама

наесться!

Все равно. Она резнула себя по живому мясу. Любовь

ухнула. Ее место заняла беспощадная вражда

к мужчине, не к тому только, кто держал ее три года

на цепи, как рабыню безответной страсти, а к мужчине

вообще, кто бы он ни был. Никакой жалости... Ни

одному из них!.. И до тех пор пока не поблекнет ее

красота - не потеряет она власти над теми, кто подвержен

женской прелести, она будет пить из них душу,

истощать силы, выжимать все соки и швырять их, как

грязную ветошь.

Небось! В них не будет недостатка. Первый Низовьев

уже весь охвачен старческим безумием. Она не

положит охулки на руку. Если его парижская любовница -

графиня - стоила ему два миллиона франков,

то на нее уйдут все его не проданные еще лесные

угодья, покрывающие десятки тысяч десятин по Волге,

Унже, Ветлуге, Каме!

И, точно спохватившись, как бы не потерять много

времени, она откинулась на спинку стула и деловым,

отрывистым тоном окликнула:

- Первач!

- Что угодно, Серафима Ефимовна?

- Павел Иларионыч должен вернуться к обеду?

- Так точно.

стр.469

- Долго я с вами растабарывать не стану. Вы

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки