Электронная библиотека

"тайным развратником", каким считал Низовьева.

- Нам где! - ответил он, однако, в игривом же

тоне. - Мы - лыком шитые простецы.

- Будто?

Низовьев наклонился к нему и стал говорить тише:

- У вас были встречи с пленительными женщинами... И

одна из них до сих пор интересуется вами

чрезвычайно.

- Уж не в Париже ли?.. Так я там не бывал.

- Не в Париже, а на Волге... Прежде чем я имел

удовольствие сегодня познакомиться с вами, я уже

знал, что вы - человек опасный.

Низовьев погрозил указательным пальцем.

Этот оборот разговора Теркин начал принимать за

"финты", за желание отделаться от более обстоятельного

обсуждения цены.

- Не понимаю! - выговорил он и пожал плечами.

Лицо его досказало: "да и нет у меня ни охоты, ни

времени переливать из пустого в порожнее".

- К нам в Васильсурск пожаловала с одним из

лесопромышленников... прелестная женщина. - Низовьев

стал жмуриться. - Если не ошибаюсь, ваша хорошая

знакомая.

- Кто же это?

стр.399

В вопросе Теркина заслышалась уже явная неохота

продолжать такой разговор.

- Серафима Ефимовна... Рудич!.. Ведь вы ее знаете?

- Знаю, - ответил Теркин, не меняясь в лице

и очень сухо.

Он никак не ждал этого. Имя Серафимы не смутило

его. Ему было только неприятно, что деловой разговор

переходил во что-то совсем "неподходящее".

- Приехала она с очень курьезным господином.

Фамилия его - Шуев... племянник миллионера, сектант,

из той секты, - Низовьев сделал характерный

жест, - которая не желает продолжения рода

человеческого... И он, несмотря на это обстоятельство,

безумно влюблен в госпожу Рудич и кротко выносит все

ее шуточки. Вероятно, в сералях так достается от

султанш их надзирателям. Тут надзиратель - в роли

чичисбея. Носит розовые галстучки, душится. У этих

господ лица такие, что трудно определить их возраст...

Кажется, он еще молодой человек.

- И она его обрабатывает? - спросил Теркин

с брезгливой усмешкой.

- Я в это не входил, Василий Иваныч. Знаю лишь

то, что эта прелестная женщина, с изумительным

бюстом и совсем огненными глазами - таких я не

видал и в Андалузии, - искала на съезде

лесопромышленников не кого другого, как вас!..

- Меня?

- Без всякого сомнения. Имел ли я право сказать,

что вы снимаете сливки, ха-ха!? И это не мешает вам

прибирать к рукам наши родовые угодья... Второе

менее завидно, чем первое. Вы не находите?

Любитель женщин все яснее выступал перед Теркиным,

и ноты, зазвучавшие в его картавом голосе,

раздражали его.

- Я, право, не знаю, что вам сказать, Павел Иларионыч...

А за то какую жизнь ведет теперь эта особа,

и кто при ней состоит, я не ответчик.

- Но кто же это говорит, добрейший Василий

Иваныч, кто же это говорит! Прошу вас верить, что

я не позволил бы себе никаких упоминаний, если б сама

Серафима Ефимовна не уполномочила меня, в некотором

роде...

Он как бы искал слов.

- Уполномочила? - переспросил Теркин.

- Разве вам так неприятно выслушивать?..

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки