Электронная библиотека

попоной, с дорожными подушками за спиной.

- Антон Пантелеич! - окликнул Теркин своего

спутника.

- Ась?

Тот, задумчиво смотревший в другую сторону, повернул

к нему свое лицо, круглое, немного пухлое, моложавое

лицо человека, которому сильно за сорок,

красноватое, с плохо растущей бородкой. На голове

была фуражка из синего сукна. Тень козырька падала

на узкие серые глаза, добрые и высматривающие, и на

короткий мясистый нос, с маленьким раздвоением на

кончике.

Антон Пантелеич Хрящев сидел, подавшись несколько

вперед, в аккуратно застегнутом, опрятном драповом

пальто, без перчаток. Его можно было, всего

скорее, принять за управляющего. Немного сутуловатый и

полный в туловище, он был на целую голову

ниже Теркина.

- Посмотрите-ка... Удивительно, как это березы

по сие время уцелели.

- Действительно, Василий Иваныч. И не здесь

только, а и в полустепных губерниях - в Тамбовской,

в Орловской. И там еще ракиты на перевелись по

старым дорогам.

Хрящев говорил жидковатым хриплым тенорком,

придыхая на особый лад, чрезвычайно мягко и осторожно.

Сегодняшний осмотр лесной дачи помещика Низовьева

показал Теркину, что он приобрел в этом

стр.377

лесоводе отличного практика и вдобавок характерного

русака, к которому он начал присматриваться с особенным

интересом.

Хрящева ему рекомендовали в Москве. Он учился

когда-то в тамошней сельскохозяйственной школе, ходил в

управляющих больше двадцати лет, знал землемерную

часть, мог вести и винокуренный завод, но

льнул больше всего к лесоводству; был вдов и бездетен.

Между ними сразу установили связь их симпатия

к лесу и ненависть к расхищению лесных богатств.

Когда Теркин окликнул Антона Пантелеича, тот собирался

высказать свое душевное довольство, что вот

и ему привелось попасть к человеку "с понятием" и "с

благородством в помышлениях", при "большой быстроте

хозяйственного соображения".

Он любил выражаться литературно, книжки читал

по зимам в большом количестве и тайно пописывал

стихи в "обличительном" и "философическом роде".

- Василий Иваныч, - вдруг заговорил он, повернувшись

всем туловищем к Теркину, - позвольте мне

отблагодарить вас за сегодняшний день...

- В каких же смыслах, Антон Пантелеич? - ответил

шутливо Теркин.

- Объезжая с вами дачу господина Низовьева,

я в первый раз во всю мою жизнь не скорбел, глядя на

вековой бор, на всех этих маститых старцев, возносящих

свои вершины...

- Любите фигурно выражаться, Антон Пантелеич! -

перебил Теркин и ударил его по плечу.

Хрящев потупил глаза, немного сконфузившись.

- Прошу великодушно извинения... Я чудаковат, - это

точно; но не заношусь, не считаю себя выше

того, что я собою представляю. С вами, Василий Иваныч,

если разрешите, я буду всегда нараспашку; вы

поймете и не осудите... Разве я не прав, что передо

мною... как бы это выразиться... некоторая эмблема

явилась?

- Эмблема?

- А как же-с? Продавец - прирожденный барин,

а покупатель - вы, человек, сам себя сделавший, так

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки