Электронная библиотека

Москву ездят чуть не каждый месяц, и непременно в

"Славянском Базаре" отделение берут. В уездном

городишке умудряются проживать на одно хозяйство

больше пятисот рублей в месяц.

Он был прежде председателем управы. И когда

сдавал должность, оказалась передержка. Тогда дело

замяли, дали ему время внести в несколько сроков.

Теперь в опеке завелись сиротские и разные другие

деньги. Иван Захарыч сдал ему сполна больше двадцати

тысяч, и с тех пор стало известно, что по двум

стр.366

имениям, находящимся в пожизненном пользовании

жены, хранятся процентные бумаги от выкупов, которые

состоялись поздно - уже после того, как он ушел

из предводителей. Кажется, тысяч на тридцать, если не

больше.

Когда родственник его, теперешний предводитель,

начал ему намекать на "тиски", в какие может попасть,

Иван Захарыч сейчас же подумал: "уж не запустил ли

лапу в сундук опеки?" Может ли он отвечать за него?

По совести - нет. Да и не за него одного... Ведь и

директора банка - тоже дворяне, пользовались общим

доверием, как себя благородно держали... А теперь вон

каких дел натворили!..

Иван Захарыч считал себя выше подобных недворянских

поступков. Этим он постоянно преисполнен. Если при

залоге имений он добился высокой оценки, то все же они

стоят этих денег, хотя бы при продаже с аукциона и не

дали такой цены. Он в долгу у обеих сестер, и ему

представляется довольно смутно, чем он обеспечит их,

случись с ним беда, допусти он до продажи обоих имений.

Конечно, должны получиться

лишки... А если не найдется хорошего покупателя?

Ему всегда кажется, что, как бы он ни принужден

был поступить, все-таки он останется благородным

человеком, представителем рода Черносошных -

последним в роде, мужского пола... У него, кроме Сани,

две незаконных дочери. Если б он даже и женился на

их матери и выхлопотал им дворянские права, они -

девочки. Будь хоть один мальчик - он бы женился. Они

с матерью обеспечены, хоть и небольшим капиталом.

А Саня?

Но Саня - не его дочь. Он давно помирился с тем,

что его жена изменила ему. У него в столе лежат

письма того "мусьяка", очутившиеся в руках сестры

Павлы, которая ему и доказала, что покойная жена не

заслуживала памяти честной женщины. Он не мстит

Сане за вину матери, но и не любит ее, на что имеет

полное право. Выдать ее поскорее замуж! Приданого

тысяч десять... Родовых прав у нее никаких нет. Ее

мать была бедная пепиньерка.

Десять тысяч - не малые деньги, по нынешнему

времени, даже и для барышни из хорошего дома; да

ведь и их надо припасти. Вместе с долгом обеим

сестрам, по сохранным распискам, ему придется заплатить

кругленькую цифру чуть не в пятьдесят тысяч.

стр.367

Продажа лесной дачи даст больше, но на охотника.

Он думал было занять у предводителя, а тот начал сам

просить взаймы хоть тысячу рублей, чтобы поехать

в губернский город и там заткнуть кому-то "глотку",

чтобы не плели "всяких пакостных сплетен".

Иван Захарович все живее и живее чувствовал, что

он близок к краху, и не один он, а все почти, подобные

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки