Электронная библиотека

дорога то вверх, то вниз. Склоны валов обросли

кустарником. Немало древних сосен сохранилось и

поныне. Туда Теркин бегал с ребятишками играть в

"к/озны" так зовут здесь бабки - и лазить по деревьям.

Одно из них приходится на огороде, и его почитают как

святыню, и православные больше, чем раскольники. На

нем появилась икона после того, как молния ударила

в ствол и опалила как раз то место, где увидали икону.

Это - крайний предел села. Монастырь стоит наверху же,

но дальше, на матерой земле позади выгона, на

открытом месте. А на крутизне, ближайшей от пристани,

лепятся лачуги... Наверху, в новых улицах, наставили

домов "богатеи", вышедшие в купцы, хлебные скупщики

и судохозяева. У иных выведены барские хоромы в два

и три этажа, с балконами и даже бельведерами.

Базарная улица вся полна деревянных амбаров

и лавок, с навесами и галерейками. Тесно построены

стр.289

они, - так тесно, что, случись пожар, все бы "выдрало"

в каких-нибудь два-три часа. Кладенец и горел не один

раз. И ряды эти самые стоят не больше тридцати лет

после пожара, который "отмахал" половину села. Тогда-то

и пошла еще горшая свара из-за торговых мест,

где и покойный Иван Прокофьич Теркин всего горячее

ратовал за общественное дело и нажил себе лютых

врагов, сославших его на поселение.

В рядах было совсем тихо. Все лавки открывались

только в базарные дни - по понедельникам и пятницам, а

Теркин приехал в ночь со вторника на среду.

Лавочники с овощным и крестьянским товаром отворили

кое-где свои палатки. Но подвозу никакого не

было, и стояла тишина, совсем не похожая на сутолоку

базарных дней. Кладенец до сих пор еще удержал за

собою скупку по уездам Заволжья хлеба, говяжьих

туш, шкур, меда, деревянных поделок, готовых саней,

ободьев, рогожи. Село кишит скупщиками, и крупными, и

мелюзгой, и все почти из местных крестьян,

даже и те, чт/о значатся мещанами и купцами.

Чтобы попасть к тому "проулку", где стоял двор

Ивана Прокофьича, Теркину надо было, не доходя

номеров, куда его вчера не пустили, взять кверху;

но его стало разбирать жуткое чувство, точно он

боялся найти "пепелище" совсем разоренным и ощутить

угрызение за то, что так забросил всякую связь

с родиной.

Он вышел к валу, оставив позади торговую часть

Кладенца, а вправо и гораздо глубже - монастырь

и новый собор.

Дорога по валу ничего не изменилась... Сосны стояли на

тех же местах, только макушки их поредели.

Утро, свежее и ясное, обдавало его чуть заметным

ветерком. Лето еще держалось, а на дворе было начало

сентября. Подошел он и к тому повороту, где за

огородным плетнем высилась сосна, на которой явилась

икона Божией Матери... Помнил он, что на сосне

этой, повыше человеческого роста, прибиты были два

медных складня, около того места, куда ударила

молния.

Ствол потемнел... Оба образка тут. Теркин постоял,

обернувшись в ту сторону, где подальше шло болотце,

считавшееся также святым. Про него осталось предание,

что туда провалилась целая обитель и затоплена

была водой... Но озерко давно стало высыхать

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки