Электронная библиотека

крыльцами келий.

Расписанные стены трапезы привлекли Теркина. Туда

плелись голодные богомольцы. В сенях трапезы,

вправо, из двери помещения, где раздаются ломти

хлеба, служитель в фартуке шумно выпроваживал

желающих поесть, и многие негромко жаловались. На

эту сцену, показавшуюся ему совсем уже

непривлекательной, смотрели посетители трапезы из

чистой публики - две-три дамы с мужьями, по-немецки

одетый купец, гимназист, кучка барышень-подростков.

В огромной зале трапезы все было готово к обеду.

Столы стояли покоем, с грубоватой оловянной посудой и

полотенцами на несколько человек. К отворенным дверям

ее, с прохода через сени, двигались, больше попарно,

монахи в клобуках и служки в низких

триповых шапках.

Теркин пристально вглядывался в их лица, поступь,

одежду, выражение глаз, и ему через пять минут стало

досадно: зачем он сюда пришел. Ничего не говорили

ему эти иноки и послушники о том, зачем он приехал

в обитель подвижника, удалившегося много веков назад из

суетной жизни именитого человека, боярского

рода, в дебри радонежские, куда к нему приходили

князья и воители за благословением и вещим советом

в годины испытаний.

стр.272

Старики иеромонахи, в порыжелых рясах, ступали

своими тяжелыми сапогами и на ходу равнодушно

перекидывались между собою разговорами о чем-нибудь

самом обиходном. Монахи помоложе как-то особенно

переваливались на ходу, раздобрелые, с лоснящимися

волнистыми космами по жирным плечам,

плутовато улыбались или сонно поводили глазами по

чистой публике. Служки, в франтоватых шапках, с

торчащими из-под них черными, русыми, белокурыми,

рыжими кудрями или жесткими прядями волос, сразу

начали смущать, а потом раздражать его. В них было

что-то совсем уже мирское. Молодое тело и его запросы

слишком метались из всей их повадки, сидели

в толстых носах и губах, в поступи, поворотах головы,

в выражениях чувственных или тупых профилей. Они

не находили надобным придавать своим лицам условную

истовость и строгость.

В зале трапезы вдоль стен, справа и слева, у сидений,

переминалось несколько посетителей. Дежурные

служки, в фартуках, обходили столы и что-то ставили.

В дверку, ближе к правому углу, пришли перед самым

часом обеда несколько иеромонахов с почетными гостями

из московских и приезжих городовых купцов.

Вслед за тем служки попросили сторонних очистить

зал. В их числе был приглашен и Теркин, думавший,

что при монастырской трапезе сторонние могут

присутствовать всякий день.

Спускался он с высокой паперти совсем разбитый,

не от телесной усталости, не от ходьбы, а от расстройства

чисто душевного. Оно точно кол стояло у него

в груди... Вся эта поездка к "Троице-Сергию" вставала

перед ним печальной нравственной недоимкой, перешла в

тяжкое недовольство и собою, и всем этим

монастырем, с его базарной сутолокой и полным

отсутствием, на его взгляд, смиряющих, сладостных

веяний, способных всякого настроить на неземные

помыслы.

У самой лестницы, внизу, небольшого роста сторож, в

форменном парусинном кителе, без шапки,

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки