Электронная библиотека

Маневр был так курьезен и неожидан, так напоминал

что-то театрально-комическое! Теркина всего бросило в

краску. Эта старушка дворянка добила его.

стр.270

- Сколько можете, - выговорила она все тем же

полушепотом и так же глядя на него.

- Бог подаст! - резко ответил он и быстро отошел от нее.

У него было взято с собой много мелочи, но он не

захотел подать этой салопнице, точно в отместку за то,

что она отняла у него последние крохи молитвенного

настроения.

К мощам угодника он пробирался по двору смущенный

и унылый, точно исполнял тяжелый долг.

XXVI

Сзади и с боков на него напирала стена богомольцев

перед драгоценной ракой. Густой запах шел от всех

этих зипунов, понев, лаптей, смазанных сапог. Чад от

восковых свеч вился заметными струями в разреженном

воздухе Троицкого собора. Со стен, закоптелых

и расписанных во все стороны, глядели на него лики

угодников.

Ему было жутко от своего душевного одиночества,

больше чем от чувства тесноты и давки... Он попал

на самое дно народной веры, хотел сердцем слышать

из простых уст сдавленные вздохи, молитвенные возгласы,

хотел видеть кругом себя лица старые и молодые, мужские

и женские, захваченные умилением

или усердием, просящие о бесчисленных нуждах и

немощах, - и ничего не видел, и ничего не слыхал. Не

мог он слиться душой со всем этим народом, напиравшим

на то место, где покоятся мощи преподобного

Сергия. В нем исчезло и всякое желание служить молебен

или сделать взнос за упокой души рабы Божией

Калерии.

В голове замелькали вопросы: "Зачем он здесь?

Чего ищет? Что надеялся обрести, чем обновить себя?"

И опять, как в той церкви, куда он попал сначала,

засосало его стыдливое чувство: он кощунствует, без

веры приходит производить над собою опыты. Полно,

страдал ли он мучительно, истекало ли его сердце

кровью от потери святой личности, озарившей его

светом духовной любви? Ведь он уже каялся себе

самому, что и эта любовь была тайно-плотская.

Смерть Калерии потрясла ли его так могуче, чтобы

воскресить в нем хранившуюся в изгибах души жажду

стр.271

в порыве к тому, что стоит над нами в недосягаемой

высоте мироздания и судеб вселенной?

Если и не заглушил он в себе этого зова в "горнюю", то

растерял он, видно, всякую способность на

детское умиление, на слезу, на отдачу всего своего

существа в распоряжение небесных сил, на жаркую

мольбу о наитии...

Толпа, где все так же пахло мужиком и бабой,

вытеснила его из Троицкого собора, и он опять очутился

на площадке, где на мостовой сидели богомольцы

и нищие, и где розовая колокольня, вытянутая вверх

на итальянский манер, глядела на него празднично

и совсем мирски, напоминала скорее о суетной жизни

городов, о всяких парадах и торжествах.

На чем-нибудь нужно ему было остановить свой

взгляд, отвести его и от казенного монумента с

позолоченным шаром и солнечными часами, тут же, все

в той же части внутреннего двора. Монумент, еще

больше растреллиевской колокольни, противоречил

пошибу старых церквей, с их главами, переходами,

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки