Электронная библиотека

помощник справится с перекатом.

Лоцман с подручным еще повертели колесо вправо

и влево и о чем-то перекинулись словами с помощником

капитана.

Тот заставлял проделывать быстрые движения взад

и вперед, то на полных парах, то полегче. Пароход

немножко подавался взад, вперед, вбок, но с места не

сходил.

Публика наверху продолжала сидеть и не выказывала

заметного беспокойства. Между пассажирами попроще

стр.21

пошел более оживленный говор, но если бы не

знать, что пароход действительно врезался в перекат,

нельзя бы подумать, что случилась такая досадная для

всех неприятность, из-за которой в Нижний опоздают

на несколько часов.

Теркин не считал себя вправе вмешиваться. Он только

пододвинулся к рубке, чтобы видеть отчетливее, что

там наверху будут делать. Кто-то из пассажиров поважнее

громко спросил у лоцмана:

- Да где же капитан?

- Никак отдыхает.

- Отчего же его не разбудят?

- Справимся! Не из чего беспокоить, - ответил за

лоцмана помощник.

Так они и не справились до появления Кузьмичева,

что случилось часа через полтора, когда красная полоса

заката совсем побледнела и пошел девятый час.

Сорвать пароход с места паром не удалось помощнику

и старшему судорабочему, а завозить якорь принимались

они до двух раз так же неудачно. На все это

глядел Теркин и повторял при себя: "Помощника этого

я к себе не возьму ни под каким видом, да и Андрей-то

Фомич слишком уж с прохладцей капитанствует".

Кузьмичев известен был на Волге не столько сведениями

по шкиперной части, сколько удачей и сноровкой. Не

прошло и получаса, как буксирный пароход снял их с

мели в несколько минут, и к десяти часам они уже

миновали Балахну, где простояли всего четверть часа,

чтобы не так поздно прийти в Нижний.

Совсем уже стемнело, и чем ближе подходили

к устью Оки, тем чаще попадались встречные пароходы.

Тогда поднимался глухой зловещий свист, и махали с

кожуха цветными фонарями; на одну баржу чуть-чуть

было не налетели.

"Все через пень колоду, - говорил про себя Теркин,

просидевший на палубе, не замеченный капитаном. - И

как еще мы не погорим в такой дьявольской тесноте?.." У

него, если только ему удастся еще этим

летом начать хозяйствовать, порядки будут другие. Но

на этих соображениях не остановилась его голова,

быстро овладевавшая трезвой мыслью делового

и предприимчивого волжанина. И не об одном личном

ходе в гору мечтал он, сидя под навесом рубки на

складном стуле. Мысль его шла дальше: вот он из

пайщика скромного товарищества делается одним из

стр.22

главных воротил Поволжья, и тогда начнет он борьбу

с обмеленьем, добьется того, что это дело станет

общенародным, и миллионы будут всажены в реку

затем, чтобы навеки очистить ее от перекатов. Разве

это невозможно? А берега, на сотни и тысячи десятин

внутрь, покроются заново лесами!

Такие мысли веяли на него всегда душевной свежестью,

мирили с тем, что он в себе самом не мог

одобрить и чего не одобрил бы и Борис Петрович.

Когда "Бирюч" причалил к пристани в Нижнем,

Скачать<<НазадСтраницыГлавнаяВперёд>>
(C) 2009 Электронные библиотеки